Следственного комитета Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу.

Поиск в царстве затаившихся «глухарей». Ямальский криминалист рассказал, как распутывают старые нераскрытые дела

Сегодня, 19 октября, в России отметят День криминалиста — старшего брата следователя и негласного лидера любой следственно-оперативной группы. Это с его отмашки начинается работа на месте преступления, им и заканчивается, когда он, всё подытожив, представляет коллегам результаты аналитической работы.


По сути, криминалист — это универсальный «следак», обладающий крепкими познаниями в юриспруденции, владеющий сложнейшей специальной техникой, психологией, выстраивающий взаимодействие со следователями, экспертами, оперативниками… Благодаря ему, сыщики видят место преступления не в свете электрического фонаря, а буквально на молекулярном уровне, чувствуют его запах и даже могут понять ход мыслей того или иного злодея.

О тонкостях этой трудной и увлекательной работы «Красному Северу» рассказал руководитель отдела криминалистики Следственного управления следственного комитета России по ЯНАО полковник юстиции Станислав Фролов.

Запах выдал убийцу через двадцать лет

Наш собеседник много лет прослужил следователем — об этой профессии он и мечтал, а сейчас знаменит тем, что раскрывает многолетние «глухари». Какое из этих дел больше всего врезалось в память?

– Запоминается каждое, трудно выделить какое-то одно, — говорит Станислав Фролов. — Но если говорить об уровне жестокости и бессмысленности преступления, стоит выделить убийство семилетнего мальчика и его мамы, совершенное почти 20 лет назад. Мотив вас шокирует — злодей намеревался выстроить отношения с матерью ребенка, а когда она ему отказала, лишил жизни обоих…

Криминалист — профессия очень редкая. По городам и весям в структуре СК таковых всего 10 человек. Станислав Фролов утверждает, что для нашего региона, с учетом профессионализма сотрудников, это немало. Они занимаются не только старыми, но и свежими делами, оперативно выезжают на места преступлений, ищут доказательства, укрепляют законодательную базу. И конечно, раскрытых преступлений за ними числится гораздо больше, чем нераскрытых.

Ну а что касается «глухарей» — в работе с ними помогает тщательное изучение вещдоков. Криминалисты ищут на них нераспознанные в былые годы следы и «расшифровывают» их с помощью новых высокотехнологичных экспертиз. Например, доказать вину убийцы мамы с ребенком помогла одорология — исследование запаха, оставленного убийцей на одежде жертв. К сожалению, в поединке со временем технологии не всегда берут верх. Случается, что за давностью лет вещдоки утрачиваются, и тогда сыщикам попросту не с чего возобновить расследование и получить результат.

А самой востребованной экспертизой по-прежнему остается анализ ДНК. Сейчас этим исследованием уже никого не удивишь, хотя лет двадцать назад о нем можно было лишь мечтать или очень долго ждать результатов. В то время назначалась в основном биологическая экспертиза. Она позволяла следователям и криминалистам идентифицировать преступника только с помощью принадлежности к группе крови. Сейчас ею почти не пользуются, отмечает Станислав Фролов.

Помимо анализа ДНК, по-прежнему проводится масса других экспертиз. Их назначение зависит от конкретной ситуации. Работают сыщики на месте перестрелки — проводится трасологическая экспертиза. Изъяли одежду — генетическая экспертиза. Нашли орудие преступления, отпечатки пальцев — на каждый случай есть свои профессиональные исследования. Идут в ход металлоискатели, эхолокаторы, тепловизоры и так далее. В каждом случае свой перечень приборов.

Не злой и не добрый профессионал

«КС» поинтересовался, к какому типу следователей относит себя Станислав Фролов — к «добрым» или «злым». Но собеседник лишь посмеялся над этим вопросом. По его словам, на практике этот метод выглядит довольно примитивным и ныне встречается разве что в кино.

– Следователь — человек, у которого есть эмоции. Иногда они проявляются, а иногда сдерживаются. Знание психологии при допросах, конечно, очень важно. Но играть на противопоставлении «доброго» следователя «злому» бесперспективно. А вот наладить контакт, разговорить собеседника действительно необходимо. Если есть уверенность, что он причастен к преступлению, нужно искать подход. В этом помогает и практика, и жизненный, профессиональный опыт, — пояснил полковник юстиции.

По словам коллег, Станислав Фролов отличается неординарностью мышления и творческим подходом к каждому делу. Потому и результаты его работы оцениваются как безупречные. Вот что о нем говорит Елена Демьянова, старший помощник руководителя СУ СК РФ по ЯНАО:

– Как следователь тщательно просчитывает каждый шаг преступника, так и преступники, попав на допрос, пытаются предугадать реакцию следователя на ту или иную информацию. «Просчитать» действия Станислава Фролова им еще ни разу не удавалось. Вот почему в его активе так много раскрытых «глухарей», включая самые сложные и запутанные преступления.

Что толкает человека на убийство?

По словам собеседника, основная масса убийств происходит по пьяни. В асоциальной среде бытовые ссоры нередко перерастают в поножовщину или жестокий мордобой, сопровождающийся ударами тяжелыми тупыми предметами по голове. Хотя нередко случаются и другие тяжкие преступления, в том числе изнасилования женщин и детей. Но высшим пилотажем работы Станислава Фролова и его коллег было признано раскрытие заказного убийства директора салехардского рынка, совершенного в 2003 году.

Ямальские сыщики тогда действовали нестандартно и достигли уникального результата — первым делом они установили не исполнителя, а заказчика преступления, а уже потом вышли на посредника и киллера. Кстати, сначала за недостатком улик расследование приостановили. Но интерес к нему не угасал. В 2008 году за дело взялся Станислав Фролов, и через полгода оно было окончено. Убийцей оказался член екатеринбургской преступной группы по прозвищу Терминатор, а заказчиком — заместитель убитого. Их задержали и вскоре осудили. А руководитель следствия получил от ведомства медаль «За заслуги» и благодарность от жителей Ямала.

Во многих детективных романах преступник известен сыщикам наперед, вот только доказать его вину они не могут — уж очень хитрый и изворотливый попадается им злодей. Станислав Фролов утверждает, что в реальной жизни такие случаи единичны. И установление личности злоумышленника — финальный аккорд долгой и трудной работы. Особенно ярко это проявляется в расследовании «глухарей».

– Сколько бы ни прошло времени с момента совершения преступления, мы продолжаем поиск доказательств. Есть возможности и у оперативных служб. Принцип неотвратимости наказания за преступление — самый главный в работе, — считает один из ярких героев праздника Дня криминалиста.


«Красный Север», №42, 2022 г.

Адрес страницы: http://yanao.sledcom.ru/folder/879484/item/1733220/

© 2023 Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу.